Рассказываю о фильме, неожиданном во всех отношениях.


The program for this evening is not new.
You’ve seen this entertainment through and through.
You’ve seen your birth your life and death
you might recall all of the rest.
Did you have a good world when you died?
Enough to base a movie on?

J.D.Morrison

Программа вечера не нова.
Ты смотрел это шоу снова и снова.
Ты видел своё рождение, свою жизнь и смерть
Можешь припомнить и всё остальное.
Хорош ли будет мир, когда ты умрешь?
Достаточно хорош, чтобы снять кино о нём?

 

Фильм Даррена Аронофски «Мама!».
Почему-то захотелось поставить эпиграфом к обзору этого нового фильма слова из поэмы любимого фаталиста Джима Дугласа Моррисона. Именно потому, что его работа как-то чудесным образом встаёт в ряд: и вроде бы знакомый кинозал, проза жизни, привычные вещи, а вот ты ничего не понимаешь, вот ты задумываешься о чём-то, вот ты уже умер и паришь где-то в небытие и всё повторяется снова и снова.

Если говорить о «послевкусии» от фильма, единственное, что захотелось послушать после просмотра – последние несколько альбомов Бьорк. Вот это и высокое, Материнское  в самом широком смысле и низкое, в узком – есть у неё. Хочется ли вернуться назад на землю после просмотра – жутко, но, пожалуй, нет. И каждая мысль, каждое движение возвращает к глубоким идеям, которые вложил автор в свой фильм.

«Мама!» – неожиданность во всех отношениях. Как оказалось, не только для меня. Ведь до премьеры о сюжете не было известно ровным счётом ничего. Я не смотрела даже трейлер. Не являясь поклонником Аронофски и тем более, Лоуренс, я просто пошла в кино. На хороший крепкий триллер, как я считала. Получила. Через край и впечатлений, и мыслей.

Далее очень много спойлеров, вы предупреждены!

Первая половина – окутана догадками о «Ребёнке Розмари», «Одержимой», «Сиянии». То юная и прекрасная, то в определённом освещении, выглядящая старухой с седыми волосами Лоуренс – пока просто «она», творец своего дома с большим и сильным мужчиной, страдающим от творческих мук.

Незнакомцы-фанаты в черном (инфернальные Мишель Пфайффер и Эд Харрис) поселяются в Доме, превнося в него настоящий хаос. Антихристы? Зло в человеческом обличии? Убийцы? Призраки?

И когда есть уже миллион зацепок, на нас вываливают цитаты из Библии. И если Каина и Авеля сложновато распознать сходу, то потом зрителя кидают в самую середину разъяренной и влюблённой в культ Творца толпы.
«- Мне кажется, что ты написал эту поэму обо мне. – Я и написал её о тебе,» — говорит герой Бардема первому попавшемуся человеку из толпы. Ничего не напоминает? Режиссёр перестаёт стесняться. Бросает в нас яркие и уродливые скетчи на слепую религиозность. Поклонение идолам. Милитаризм. В конце концов переходя к апофеозу – за рождением долгожданного Ребёнка следует его неминуемая жесточайшая смерть от рук толпы.

ОН простит. ОНА – никогда. Она отдаст свою любовь, чтобы замкнуть круг и повторить всё снова, снова и снова…

Мне нравится рассматривать «Мама!» именно с религиозной точки зрения, видеть там потрясающую метафору и ярчайшую историю из Библии глазами Матери. Мне нравится видеть в этой истории аллюзию на Мать-землю, больную и истерзанную, более космогоническую версию картины событий.  И мне видится в этой истории и обыденная сторона – женщина как хранитель очага, а мужчина, как мыслитель и одновременно разрушающая сила.

Аронофски удивительным образом удалось в два часа вместить колоссальное количество метафор, аллюзий, причем не дав заскучать, дав подумать, дав пищу для размышлений, дав уйти с сеанса наполненной этими самыми мыслями.

Друзья, это очень хорошее и глубокое кино, хотя и жуткое. Советую.