Про фаворит Каннского кинофестиваля и гордость отечественного кинематографа.


Мне, определённо, нравится тенденция по отношению к российскому искусству и моде на Западе. Когда Vogue пишет про Ренату Литвинову, Гошу Рубчинского и Земфиру, Лили Джеймс выходит на красную дорожку в платье под брендом Ульяны Сергеенко, а любимые европейские музыканты демонстрируют кириллицу на одежде. И уверена, есть еще множество примеров, о которых я не знаю или забыла. Что-то происходит. Не хочу вникать в политические нюансы, я в этом не сильна, но такое чувство (надеюсь), что нашу страну начинают воспринимать всерьёз. Людей начинают воспринимать всерьёз, наши идеи начинают воспринимать всерьёз. Конечно, это всё экзотично дня «них», но лично я ощущаю, впервые в своей жизни, о том, что мы перестали заглядывать в рот Западу, и начинаем делать что-то своё, причем, оно оказывается универсальным. И это странно сознавать. Трава же «там» всё равно зеленее! А у нас бесконечный 3,14… с дураками, дорогами.
Лично для меня новый фильм Андрея Петровича Звягинцева «Нелюбовь» встал в один ряд с вот этими вот вышедшими на Запад артефактами-поводами для гордости за страну.
Насколько это справедливо для автора – не знаю.

В моём городе «Нелюбовь» шла аж целую неделю в центральном кинотеатре, с одним сеансом в 17.45 в будние дни (сами знаете, во сколько закансивается рабочий день у среднестатистического офисного работника). Второй сеанс был в 00:00 – в кинотеатре, расположенном в ТЦ у аэропорта за минут 50 езды от центра. Для кого, спрашивается? Ладно, и на том спасибо.
Бежала на фильм сломя голову, это был последний сеанс, на который я вообще попадала, после праздничных выходных, проведённых за городом. Настрой вообще не для соприкосновения с прекрасным! Сказать, чтобы фильм меня сразу увлёк, поглотил или как-то схватил за горло – нельзя. Вообще, после «Нелюбви» я поняла, что Звягинцев и подобное социальное кино, это не совсем «моё», по той причине, что главный посыл там – не мне, и слава Богу, не моим близким.

Сюжет умещается в несколько сухих строк. Семейная драма. Двое супругов, у каждого уже новая личная жизнь на стороне, они громко выясняют отношения и говорят о разводе. Их сын-подросток всё это слышит и на следующее утро не появляется дома. Через сутки родители спохватываются, и начинают поиски сына, попутно выясняя отношения с родственниками и друг другом.

История очень утрированно показывает представителей среднего (!) класса, красивых, внешне успешных людей, засыпающих в обнимку со смартфонами и живущих в полном вакууме, аквариуме без единого намёка на любовь. Чувства, которые показаны на экране – исключительно животные. Все вещи – бутафория и пыль, по сути, не нужная. Самое главное—пропало, будто его никогда и не было.

Автор пытается указать на суть, черным по белому рисуя и художественным языком и прямо говоря, почему так происходит: без любви жить нельзя. Ребенок, зачатый без любви, в семье, где отец и мать смотреть друг на друга не могут, никогда не будет счастлив. Семья, созданная для того, чтобы вырваться из авторитарного поля тиранши-матери (с таким же атрофированным чувством любви к дочери), обречена на нездоровое существование.

Собственно, вот и всё. По идее, простые истины. Но я бы сказала, это не главное, что меня в фильме поразило. Главное, что мне понравилось – детали, разбросанные по канве всего повествования, в которых как в зеркале зритель видит себя. И тогда становится по-настоящему жутко. От осознания того, что мы в этом живём и всё это нас опутывает и окружает.
Грязь, серость, образ матери героини, безразличность представителей полиции, слепота чувств у главных героев, смартфоны, сэлфи, пьяные подростки, квартиры клетушки «как у всех» и новые никому не нужные дети, «потому что так надо». И как символ – последние кадры бегущей в красном костюме Bosco главной героини: «Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа».